Прошение альфреда

Прошение альфреда

1924 — В Самаре началась неделя помощи беспризорным дет.

1970 — В Тольятти сдан в эксплуатацию комплекс зданий б.

2001 — В Самаре был открыт новый железнодорожный вокзал.

Ещё события 24 Декабря

Возведенный в Самаре на берегу Волги пивоваренный завод, впоследствии получивший название Жигулевского, выдал свою первую продукцию в начале 1881 года. Основал его самарский купец первой гильдии Альфред фон Вакано. С лучшим в крае пивоваренным заводом связано не только победное шествие по миру жигулевского пива с оригинальным рецептом приготовления, но также начало коммунальной революции в губернии.

Автор: Валерий ЕРОФЕЕВ Фото: ФОТО ПРЕДОСТАВЛЕНО АВТОРОМ

Пиво, сваренное на заводе Альфреда фон Вакано в Самаре, под маркой «Венское» продавалось в лучших пабах Лондона, в пивных залах Франции и Германии и многих других европейских стран.

Чистая волжская вода

Основатель предприятия Альфред Филиппович фон Вакано выбрал Самару для размещения своего завода в первую очередь из-за высокого качества здешней воды. Именно чистая волжская вода позволила вновь созданному пивоваренному производству поднять качество продукции до столь высокого уровня, что уже вскоре жигулевское пиво не только вышло на первые места по реализации на внутреннем российском рынке, но и стало на равных конкурировать с лучшими сортами европейского пива.

А начиналась история предприятия годом ранее. В знаменательный день 6 февраля 1880 года австрийский предприниматель Альфред фон Вакано подал в городскую управу Самары прошение о сдаче ему в аренду земли, занимаемой строениями бывшего пивоваренного завода Буреева, для строительства на этой территории нового передового пивоваренного завода. Уже 4 марта того же года состоялись торги, в результате которых просимое заявителем место на берегу Волги было передано ему за 2201 рубль годового оброка. Договор аренды земли на 99 лет был подписан, и вскоре Альфред фон Вакано приступил к строительству. Меньше чем через год предприятие начало выпускать бочковое пиво, первые сорта которого фон Вакано в честь своей родины назвал «Венское» и «Венское столовое».

Наметившийся почти сразу недостаток финансов побудил фон Вакано искать компаньонов для своего бизнеса. Вскоре ему удалось привлечь к сотрудничеству своего соотечественника Морица Морицевича Фабера. В апреле 1881 года в нашем городе зарегистрировалось новое предприятие на паях «Товарищество Жигулевского пивоваренного завода в г. Самаре», учредителями которого стали фон Вакано и Фабер.

Только в августе 1899 года основатель предприятия смог выкупить у компаньона свою долю. С того момента управление завода полностью перешло в его руки, а предприятие было переименовано в «Товарищество Жигулевского пивоваренного завода Альфреда фон Вакано и Ко».

Дела предприятия с самого начала шли успешно, принося его владельцам немалую прибыль. Если в 1881 году было в общей сложности продано 35670 ведер жигулевского пива, то в 1905 году — уже почти 15,5 млн ведер (в переводе на современные меры ведро — это около 10 литров). То есть за четверть века произошло увеличение выпуска продукции завода более чем в 50 раз. В то время такими темпами экономического роста не могло похвастаться ни одно промышленное предприятие не только в России, но и во многих государствах мира.

При этом 85 процентов самарского пива реализовывалось за пределами нашего города с собственных складов предприятия, возведенных в непосредственной близости от железнодорожных станций на громадном пространстве от Владивостока до Варшавы. Знали самарское пиво и в Европе: под маркой «Венское» оно продавалось в лучших пабах Лондона, в пивных залах Франции и Германии, а также в подобных заведениях многих других стран.

Благодетель Самары

С самарским пивоваренным заводом Альфреда фон Вакано связано также начало коммунальной революции в нашем городе. Еще с 1888 года в Самарскую городскую управу стали поступать первые предложения на устройство газового освещения — сначала в помещении драматического театра, а потом и в Струковском саду.

Самым лучшим оказался проект, представленный Альфредом фон Вакано. Он предложил самарским властям построить по соседству со своим предприятием компактный газовый заводик, где светильный газ можно было бы в большом количестве вырабатывать из нефти, привозимой по Волге. Договор об этом строительстве подписали 22 мая 1889 года, а уже 1 сентября газовая продукция стала поступать на освещение пивзавода и драмтеатра, чуть позже — в городские присутственные места, а летом следующего года — и в уличные светильники, установленные на аллеях Струковского сада.

Уже через несколько лет при пивоваренном заводе был создан целый комплекс объектов коммунального хозяйства, оснащенных по последнему для того времени слову техники. В первую очередь это была паровая установка, которая приводила в движение многочисленные механизмы и конвейерные линии предприятия, а также котельная, работавшая на мазуте. При ней тогда же построили хранилище нефтепродуктов, которое на то время было крупнейшим в Самаре — на его территории располагались резервуары на 3 тысячи тонн мазута.

Российская контрразведка заподозрила Альфреда и Владимира фон Вакано в шпионаже.

В конце 80-х годов позапрошлого века при пивоваренном предприятии фон Вакано построили целый жилой корпус, в котором располагались квартиры для технических специалистов и общежитие для квалифицированных рабочих. Именно здесь впервые в Самаре была устроена система парового отопления, питавшаяся горячей водой от заводской котельной. С ее помощью в холодное время года отапливались и жилой корпус, и многочисленные цеха предприятия.

А высшим инженерным достижением Альфреда фон Вакано стало возведение в 1898 году заводской электростанции с первоначальной мощностью 150 киловатт, которая (опять же впервые в Самаре) стала питать систему электрического освещения не только в производственных цехах, но и в квартирах заводского персонала. В связи с завершением ее строительства 16 мая 1898 года фон Вакано сообщил самарским властям, что он прекращает производство светильного газа и закрывает свой газовый заводик, поскольку «с указанной даты пивоваренный завод и драматический театр будут освещаться электричеством».

С указанной даты электричество от фон Вакано пришло не только на пивоваренный завод, но также в находящиеся по соседству драматический театр и Струковский сад. Здесь на аллеях были установлены невиданные в Самаре доселе яркие электролампы, поглазеть на работу которых по вечерам приходили сотни зевак.

В 1895 году пивоваренный завод уже имел две 5-этажные солодовни и одну 3-этажную, здание столярной и слесарной мастерских, собственный газовый завод, водоперекачивающию установку, фильтровальную станцию, пять жилых домов. Имущество товарищества тогда оценивалось почти в 452 тыс. рублей, а в его цехах было занято более ста рабочих. С 16 июня 1895 года по разрешению императора Николая II основной капитал товарищества был увеличен еще на 400 тысяч рублей. В 1896 году Товарищество Жигулевского пивоваренного завода удостоилось золотой медали на Нижегородской торгово-промышленной выставке.

Гибель империи

В декабре 1897 года Альфред фон Вакано подал прошение на высочайшее имя о принятии его с детьми в российское подданство, которое вскоре было удовлетворено. После этого в январе 1900 года товарищество получило разрешение от городских властей Самары устраивать водопровод в зданиях города. Тогда же заводской водопровод был подключен к ранее существовавшей городской магистрали. В январе 1905 года старший сын Альфреда фон Вакано Владимир вступил в свою долю бизнеса и стал официальным директором завода. Предприятие к тому моменту переименовалось в «Товарищество Жигулевского пивоваренного завода».

В 1906 году на деньги Альфреда фон Вакано началось строительство самарской канализации.

В 1906 году Альфред фон Вакано был избран членом комиссии по заведыванию городским водопроводом, электростанцией и скотобойней. В июле того же года он предлагает городу свои деньги на составление проекта общегородской канализации. Это предложение принимается при одобрении городской Думы, которая ввела фон Вакано в состав канализационной комиссии. При его непосредственном организационном и финансовом участии в 1909 году в Самаре были открыты две первые линии канализации, которой городу остро недоставало в течение многих десятилетий.

В 1912 году на пивоваренном заводе в нашем городе выпускалось пиво нескольких сортов, самыми известными из которых были «Венское», «Мартовское», «Экспорт» и, конечно же, фирменное самарское пиво «Жигули». К 1914 году заводы товарищества производили уже 3,5 миллиона ведер пива в год. К началу Первой мировой войны оно стало третьим в списке крупнейших производителей пива в Российской империи. Пивные склады завода находились в 59 городах Поволжья, Урала, Средней Азии, Сибири, пиво поставлялось даже в Персию. Продукция товарищества имела 15 медалей международных выставок. Однако в том же году на предприятие одно за другим навалились серьезные потрясения. После начала Первой мировой войны в стране был введен «сухой закон», в результате чего все производство слабоалкогольных напитков на заводе оказалось законсервированным. На его территории с 1915 года были организованы склад и лазарет, а вместо пива здесь наладили производство гранат, кроватей, сухарей и прочей продукции для фронта. Лишь в октябре 1916 года на небольшой свободной части заводских площадей было вновь начато производство пива крепостью 1,5 градуса.

Вдобавок российская контрразведка заподозрила Альфреда и Владимира фон Вакано в шпионаже в пользу Австро-Венгрии, которая, как известно, была союзником Германии и врагом России в Первой мировой войне. В итоге и отец, и сын были высланы из Самары в Бузулук под гласный надзор полиции. Вернуться обратно они смогли только после падения самодержавия в России.

Во времена революционных потрясений 1917 года завод практически не работал. В его цехах на каждом шагу можно было видеть приметы разрухи и запустения. После того как 12 февраля 1918 года предприятие оказалось национализированным, в условиях гражданской войны и поволжского голода наладить здесь полноценное производство пива оказалось невозможным. Лишь с наступлением периода НЭПа сыновья Альфреда фон Вакано Лотар и Лев выступили с идеей взять завод в аренду и возродить семейное предприятие. В октябре 1922 года губернская плановая комиссия постановила «не возражать против передачи завода в частные руки».

  Приказ 373 от 06102010

На территории завода с 1915 года были организованы склад и лазарет, а вместо пива здесь наладили производство гранат, кроватей, сухарей и прочей продукции для фронта.

Вскоре было создано товарищество «Жигулевское Акционерное Общество пивоварения Вакано и Ко». Но в последующие годы в связи со свертыванием политики НЭПа в нашей стране завод окончательно перешел в государственную собственность и претерпел неоднократные переименования.

Альфред Филиппович фон Вакано

Альфред Филиппович фон Вакано родился 12 мая 1846 года в городе Козов Австро-Венгерской империи. В некоторых современных публикациях он назван потомственным пивоваром.

Его отец «…обедневший австрийский дворянин по рождению и предприниматель по духу», обосновался в России, «…имел маленький пивоваренный заводик и… передал сыну знание пивоваренного дела и опыт жизни в новой стране».

Однако в Государственном архиве Самарской области имеется копия метрического свидетельства Эриха Вакано. Из этого документа следует, что Альфред «законный сын дворянина Филиппа Вакано, директора королевского Венгерского межевания».

Мать, Христина, урожденная баронесса фон Стединг. Мать занималась исключительно делами семьи: 12 детей требовали к себе постоянного внимания.

Перевод с немецкого несомненно плох и скорее напоминает ребус, но не дает и малейшего основания причислить отца А.Ф. Вакано или его ближайших родственников к пивоварам.

Альфред был шестым ребенком. Окончив школу, он решил посвятить себя пивоваренному делу. Но в 1866 году началась австро-прусская война. Двадцатилетний юноша ушел добровольцем на фронт, был ранен, попал в плен. После окончания войны Альфред вернулся домой, снова обратился к пивоварению. Работал и совершенствовал свои познания в Чехии, Германии, России.

Когда и при каких обстоятельствах Альфред Филиппович фон Вакано появился в Самаре, мы, наверное, никогда не узнаем. Каких-либо свидетельств о существовании семейного архива Вакано нет, дореволюционный архив Товарищества Жигулевского пивоваренного завода сгорел. Но в одной из деловых бумаг, направленных в Самарскую городскую думу, время своего приезда в наш город он отнес к 1880 году.

В одной из заметок, посвящённых А. фон Вакано можно прочитать:

«Велико желание усомниться в этом. Трудно поверить, чтобы здравомыслящий человек 34-х лет, выпускник австрийской коммерческой академии, приехав в чужой город, тотчас поспешил вложить большие деньги пусть даже в перспективное дело. Нужно было осмотреться, все взвесить. Альфреда Филипповича обязывали к этому и черты национального характера, и жена, дети, которых он, конечно же, не хотел пустить по миру».

Отсутствие сведений о том, где жил, чем занимался Альфред Филиппович до приезда в Самару, оставляет широкий простор для разного рода предположений. Несомненно, ему приходилось работать в России. Свидетельство тому – знание русского языка. И не только бытового. Он владел деловым языком. Следовательно, часто имел дело с чиновниками, вел переписку. Такую возможность могла предоставить служба на солидном пивоваренном заводе в должности, близкой по своему характеру к обязанностям современного коммерческого директора. Она позволяла бывать в губерниях, куда поступала продукция завода, или могущих стать рынками ее сбыта, знать конъюнктуру. Иначе трудно объяснить вложение им денег не в мукомольное производство, которое переживало тогда в Самаре настоящий бум и приносило огромные барыши, а в пивоварение, нетрадиционную для Поволжья и всей России отрасль.
Нет, конечно, пиво на Руси знали давно. Свидетельство тому мы находим и в сказках. Многие из них оканчивались примерно так: « И я там был, мед, пиво пил. По усам текло, а в рот не попало». Но это пиво варили в домашних условиях, о промышленном производстве многие десятилетия никто не помышлял.

Долгое время было неясно, откуда приехал он в Самару, с каким капиталом. Сегодня можно высказать следующее предположение.

В 1872 году в Петербурге возникло Российско-венское пивоваренное общество. Оно построило в районе Невской заставы по Шлиссельбургскому тракту 21 – 27 пивоваренный завод «Вена». Это крупное предприятие успешно конкурировало с Калинкинским пивоваренным заводом. В Петербурге в то время было около десятка пивзаводов. С их помощью Калинкинское товарищество в 1883 году устранило своего конкурента, став собственником «Вены». Прекрасно оборудованный и рационально устроенный, он был превращен в громадный склад. Однако позже завод стали использовать по своему прямому назначению. Под названием «Вена» он сохранился до наших дней и несколько месяцев назад вышел со своей продукцией на самарский рынок. Так вот, среди учредителей Российско-венского пивоваренного общества был Мориц Морицович Фабер.

О том, что значительную роль в строительстве Жигулевского пивоваренного завода сыграли капиталы М.М. Фабера можно судить по тому, что начальные буквы фамилий Фабера и Вакано стали, по сути дела, фирменным знаком предприятия. Мы видим его на пивных бутылках, на флюгерах заводских корпусов, что свидетельствует о глубокой благодарности Альфреда Филипповича своему компаньону, которую он сохранил на многие годы.

Так что Жигулевский пивзавод через Морица Фабера был связан с Российско-венским обществом, заводом «Вена».
Это позволяет высказать предположение, что Альфред Филиппович именно на этом заводе и начинал свою деятельность в России. И вовсе не пивоваром. У себя на родине он создал фирму по продаже оборудования для пивоваренных заводов. Дело шли успешно, но что-то мешало ему удовлетвориться достигнутым. Он задумывает основать свой пивоваренный завод в России. И именно в крае, где не было таких сильных конкурентов, как в Петербурге. В силу многих причин выбор пал на Самару. Своих средств на реализацию затратного проекта не хватало, и Альфред Филиппович обращается за помощью к Фаберу. По свидетельству чешского исследователя Карела Хитила, это был весьма авторитетный человек, член Австрийского союза солодовников и пивоваров. Он отчеканил медаль со своим профилем и дарил друзьям, среди которых был и Альфред Филиппович.

Мориц Морицович поддержку оказал. И вот в 1880 году Альфред Филиппович оказался в Самаре. 6 февраля он подал в управу прошение, содержание которого, возможно, вызвало замешательство служащих. «Желая устроить в Самаре большой по стоимости и операциям паровой каменный пивоваренный завод, — писал он, — имею честь просить городскую управу для постройки означенного завода дать мне в арендное содержание место, указанное на выкопировке из плана».

А на указанном месте давно стоял пивоваренный завод, принадлежащий городу. Но это не смущало просителя. Он сообщал о намерении снести существующие постройки, оплатив их стоимость, и возвести свои. И за место то на берегу Волги обещал давать по 1400 рублей в год. В два раза больше, чем платил купец Василий Михайлович Шабаев, в аренду которому завод был сдан до 1 января 1881 года. До этого времени еще дожить надо. Но податель прошения собирался жить долго. Никак не менее 99 лет. Именно на такой срок он просил аренду. Да еще оговаривал: по истечении 99 лет дать ему «…преимущественное право на оставление за собой этого места», а ежели отдадут другому, то он, А.Ф. фон Вакано «…имеет право снести возведенные им постройки в течение шести месяцев по окончании срока аренды».
Не успели в управе толком осмыслить прошение гостя, как тот спешит с новой бумагой. К 2000 квадратных саженей, занимаемых заводом, просит прирезать еще 800, чтобы, не мешкая приступить к заготовке и складированию необходимого для строительства материала.

Предложение Альфреда Филипповича для города было в высшей степени выгодным. Пивоваренный завод принадлежал некогда купцу В.Е. Бурееву, человеку обстоятельному и сметливому. Богатых людей Самара знала немало. Но когда в 1871 году стали формировать новую Городскую думу, возглавил ее В.Е. Буреев. И он так повел городское хозяйство, что доходы всего за один год увеличились почти на 50 тысяч рублей.

Надо полагать, такой человек и завод строил и хозяйствовал на нем с завидным прилежанием. Но, перейдя в собственность города, завод стал заметно приходить в упадок. Он сдавался только в краткосрочную аренду, на три года. Поэтому ни крестьянину Осипу Лукичу Назрову, ни сменившему его купцу Василию Михайловичу Шабаеву не было смысла вкладывать деньги в городскую собственность.

А.Ф. фон Вакано изъявлял желание не только арендовать на более выгодных условиях землю, оплатить все строения существующего завода, но и возвести новый, который на протяжении многих десятилетий будет пополнять казну.
Городская управа и городская дума пришли к единому мнению: землю отдавать надо. Но срок аренды завода купцом В.М. Шабаевым истекал только через одиннадцать месяцев.

Правда, в кондиции (договоре), заключенной с купцом, было записано: «… если завод или место под ним потребуются городу, то арендатор должен уступить в любое время и до истечения контракта, не требуя за то вознаграждения, кроме арендной платы». Проведенная проверка показала, что В.М. Шабаев исправно выполняет все пункты договора. Так что и моральных оснований для прекращения с ним отношений не имелось. Но новые торги решили провести не в сентябре, а немедленно, чтобы у соискателя не оставалось сомнений в твердости намерений города.
И вот в конце февраля на видных местах Алексеевской площади, Троицкой появились объявления об отдаче с торгов в 99-летнее арендное содержание городского места, находящегося под пивоваренным заводом бывшего купца Буреева, в количестве 2000 квадратных саженей с прирезкою к нему 800 квадратных саженей.

Четвертого марта торги состоялись. На них пришли городской голова М.И. Назаров, купец В.М. Шабаев, многие другие известные люди. Но о своем желании участвовать в торгах заявил только один из них: гласный Самарской городской думы Петр Семенович Субботин. Богатейший хлеботорговец и владелец самой большой паровой мельницы, находящейся рядом с пивоваренным заводом.

  Пояснительная записка общее положение

Торги, как и было заявлено, начались с 1400 рублей. Первым в них вступил А.Ф. фон Вакано и назвал сумму в 1401 рубль. П.С. Субботин накинул сразу 100 рублей. Соперник снова прибавил рубль. Купец увеличил ставку на 700 рублей. Альфред Филиппович вновь прибавил рубль.
То ли Петр Семенович посчитал, что таких денег земля, которую он хотел прибрести для расширения паровой мельницы, не стоит, то ли ему просто стало неинтересно тягаться с меркантильным австрийцем, но от дальнейшего участия в торгах он отказался. Впрочем, можно высказать и другое предположение: подняв высоко планку арендной ставки, а затем, выйдя из игры, гласный думы радел об интересах города. Вместе с тем, как показали дальнейшие события, П.С. Субботину удалось установить не только добрые отношения с новым соседом, но и вести с ним общее дело.

Вот так австро-венгерский подданный Альфред Филиппович фон Вакано получил 4 марта 1881 года в арендное содержание на 99 лет участок городской земли с находившимся на нем пивоваренным заводом. Однако на несколько иных условиях, чем хотел. Через каждые десять лет сумма арендной платы увеличивалась на 10 процентов. По истечении срока контракта все постройки, произведенные арендатором, без каких-либо условий переходили в собственность города.

15 марта Самарская городская дума утвердила договор аренды. Он вступал в силу 1 января 1881 года. Но Альфред Филиппович не мог сидеть сложа руки почти десять месяцев. 17 марта он обратился в управу с просьбой провести опись строений старого завода, оценить их, что вскоре и сделали. Из нее следует, что здание завода было каменное, крытое железом. Его длина равнялась 8, ширина 4, а высота 3 саженям. На территории также имелись другие постройки: деревянный амбар, деревянный сарай с подвалом, деревянный флигель, сушилка, амбар с подвалом для бродильни и двухэтажный дом, низ которого каменный, а верх деревянный. Завод обнесен забором из бревен и горбылей. Движимое имущество состояло по описи из двух больших котлов на 22 и 70 ведер, нескольких чанов разной величины. Все это хозяйство управа оценила в 6843 рубля, о чем и сообщила арендатору. Он счел сумму завышенной и потребовал провести оценку строений завода и его имущества независимыми экспертами, с чем управа не стала спешить. А это тормозило начало работ по строительству завода.

И вот тут приходится вступать в область предположений, догадок. В 1906 году к 25-летию завода был издан фотоальбом, который открывает несколько страничек текста. И чтение его вызывает недоумение. И него следует, что завод основан в 1880 году, строился менее года. Но ведь договор аренды вступал в силу только с 1 января 1881 года. А оценка строений старого завода проведена, как нам известно, только в июне. Арендатор с ней не согласился. Поэтому он не мог снести старые постройки и возвести свои. Правда, в его распоряжении имелось 800 квадратных саженей земли, на которой он, по всей вероятности, имел право и мог при некоторых условиях что-то построить. Но в старые времена строительные работы велись только летом. Возвести за три-четыре месяца завод нереально. Кроме того, нужно было иметь готовый проект, инженеров или техников, которые вели дела с подрядчиками, наблюдали за строительством, монтажом оборудования, получаемого из-за границы.

Но в фотоальбоме, о котором шла речь, помещена первая фотография завода. Она датирована 1880 годом. Однако других документов, подтверждающих время основания завода, не обнаружено. Может, плохо искали? Не исключено. Как и то, что их попросту не существует. Более того, в фондах Самарского областного историко-краеведческого музея имени П.В. Алабина имеется фотография, тоже выполненная к 25-летию завода. На ней мы видим более ста сотрудников пивоваренного завода и тот же самый, что в фотоальбоме, снимок завода, который отнесен здесь к 1881 году. Пожалуй, эту дату можно считать правильной.
Житейская логика подсказывает: не мог человек, знающий цену каждому рублю, что и показали торги, снести существующий завод. Разумнее — его запустить, варить пиво, чтобы выручка от продажи помогала строить свой, большой по стоимости и операциям.

Чтобы более точно определить время основания завода, обратимся еще раз к тексту фотоальбома. Причину противоречий, по всей вероятности, следует искать не в архивных документах тех лет, а в оскудении палитры современного языка, утрате некоторых значений привычных для нас слов. В конце ХIХ века слово «строить» означало «устраивать, учреждать, приводить в порядок, в чинный, последовательный и должный вид». Такова трактовка В. Даля, в познаниях которого сомневаться не приходится. И если временем основания завода считать 15 марта 1880 года, именно в этот день был подписан договор аренды, то текст фотоальбома становится абсолютно понятным, обретает логику, смысл.
Собственное строительство, надо полагать, А.Ф. фон Вакано начал не ранее весны 1881 года, когда он известил городскую управу, что некоторые постройки старого завода должны быть снесены для заготовки льда, а другие исправлены. Речь шла о сушилке и ветхом деревянном доме, которые были оценены городом соответственно в 50 и 288 рублей. Альфред Филиппович оплатил их стоимость, не дожидаясь экспертной оценки всех строений завода.

Считать, что именно в 1881 году основан завод, побуждает и другая, весьма значимая причина. 4 марта газета «Самарские губернские ведомости» поместила такое сообщение правления Жигулевского завода:

«Имеем честь известить как здешнюю, так и иногороднюю публику, что на нашем заводе поступило в продажу пиво на дрожжах в бочках емкостью от 29 до 50 ведер за наличные деньги по нижеследующим ценам: «Венское» — за ведро 1рубль 5 копеек. «Венское столовое» — за ведро 1 рубль 40 копеек».

Так началась история жигулевского пива, Жигулевского пивоваренного завода.

Тот участок волжского берега, об аренде которого Альфред фон Вакано в свое время подписал договор с Самарской городской управой, находится в самом конце улицы Ульяновской (бывшей Симбирской), где она выходит к Волге. Здесь и по сей день можно видеть комплекс зданий пивоваренного завода, возведенного в начале 80-х годах XIX века и впоследствии получившего название Жигулевского. Это предприятие, ставшее родиной знаменитой на весь мир марки пива «Жигулевское», свою первую продукцию, конечно же, выдало позже упомянутого события (10 февраля 1881 года), но все начиналось именно с аренды участка волжского берега.

Жигулевский пивоваренный завод поставлял свою продукцию в 60 городов России, считался третьим в списке крупнейших пивзаводов страны. Завод фон Вакано был образцовым предприятием с передовой по тем временам организацией труда и быта рабочих. К 1914 году продукция жигулевских пивоваров была отмечена 15 высшими наградами, в том числе на международных выставках пивоварения в Париже (1900г.), в Лондоне (1902 и 1903 г.) и в Риме (1903г.).

Выпускалось пиво нескольких сортов, в том числе «Венское», но фирменным являлось пиво «Жигулевское». 85% продукции вывозилось за пределы самарского региона.
Для транспортировки продукции пивзавода на территории завода были проложены железнодорожные пути, для междугородних перевозок использовались 2 буксирных парохода и 10 барж-холодильников. Контролировась и розничная торговля пивом.

В ноябре 1897 года семейство Вакано направляет в канцелярию по принятию прошений на Высочайшее имя прошение о принятии Альфреда фон Вакано, его детей — сыновей Владимира, Эриха, Лотара, Льва, Герберта и дочери Ольги «ныне же в русское подданство с сохранением или даже без сохранения принадлежащих членам семьи прав дворянства».

За большие заслуги перед Россией, и просьба была удовлетворена. 23 августа 1899 года в Самарском губернском правлении Альфред фон Вакано был приведен к присяге на подданство России с вручением свидетельства о принятии его в русское подданство.

В 1909 г. в местечке Зых близ г. Баку основан пивоваренный завод Товарищества, которым заведовал Э. А. Вакано. Этот завод приходился «родным братом» самарскому Жигулёвскому пивзаводу.

К 1914 фирме принадлежали 24 торговых предприятия, 4 склада готовой продукции в Самаре; оптовые склады находились в 59 городах России, дочерние фирмы организованы в Баку, Астрахани, Казани, Омске, Костроме и других городах.

Продукция завода неоднократно отмечалась на международных выставках.

Необходимо подчеркнуть, что владельцы самарского пивоваренного завода на арендуемом участке занимались не только производством этого напитка, но и много сделали для благоустройства Самары. Еще с 1888 года в городскую управу от них стали поступать предложения на устройство газового освещения – сначала в помещении драматического театра, а потом и в Струковском саду. На эти работы был проведен конкурс, и из представленных проектов самым лучшим оказался тот, который представил Альфред фон Вакано. Он предложил самарским властям построить по соседству со своим предприятием компактный газовый заводик, где светильный газ можно было бы в большом количестве вырабатывать из нефти, привозимой по Волге. Договор об этом строительстве стороны подписали 22 мая 1889 года, а уже 1 сентября газовая продукция стала поступать на освещение пивзавода и драмтеатра, чуть позже – в городские присутственные места, а летом следующего года – и в уличные светильники, установленные на аллеях Струковского сада.

Уже через несколько лет при пивзаводе был создан целый комплекс объектов коммунального хозяйства, оснащенных по последнему для того времени слову техники. В первую очередь это была паровая установка, которая приводила в движение многочисленные механизмы и конвейерные линии предприятия, а также котельная, работавшая на мазуте. При ней тогда же построили хранилище нефтепродуктов, которое на то время было крупнейшим в Самаре – на его территории располагались даже резервуары на 3 тысячи тонн мазута.

  Иск о разделе квартиры в браке

В конце 80-х годов при пивоваренном заводе построили целый жилой корпус, в котором располагались квартиры для технических специалистов и общежитие для квалифицированных рабочих. Именно здесь впервые в Самаре была устроена система парового отопления, питавшаяся горячей водой от заводской котельной. С ее помощью в холодное время года отапливались и жилой корпус, и многочисленные цеха предприятия.

А высшим инженерным достижением Альфреда фон Вакано стало возведение в 1898 году заводской электростанции с первоначальной мощностью 150 киловатт, которая (опять же впервые в Самаре) стала питать систему электрического освещения не только в производственных цехах, но и в квартирах заводского персонала. В связи с завершением ее строительства 16 мая 1898 года фон Вакано сообщил самарским властям, что он прекращает производство светильного газа и закрывает свой газовый заводик, поскольку «с указанной даты пивоваренный завод и драматический театр будут освещаться электричеством».

Фон Вакано много занимался благотворительностью — отдал под приют для бездомных детей один из своих земельных участков, помогал средствами Российскому Красному Кресту, был главой ремесленного приюта-училища для беспризорных, помогал инвалидам русско-японской войны, состоял членом Самарского отделения попечительства императрицы Марии Александровны о слепых.

Поставив образцовый пивоваренный завод и заведя на нем порядки, каких в крае не видывали, фон Вакано стал расширять сферу своей деятельности, стремясь обратить ее на благо города. Так, в апреле 1898 года он обратился в городскую управу с письмом следующего содержания: «Работая и трудясь уже в продолжение 18 лет здесь, в Самаре, одушевлен желанием в пределах моих сил и возможностей принять участие в украшении нашего города, имеющего для меня значение второй родины. Я уверен, что приведу в лучший вид площадь вокруг театра, устрою пологий спуск с улицы Дворянской вместо существующего вдоль Струковского сада и обустрою детскую игровую площадку сзади драмтеатра».

В начале Первой мировой войны Альфред Филиппович на свои средства построил и открыл лазарет для раненых на 35 коек, приняв на себя обязательство содержать и лечить поступающих туда в течение всей войны.

Чем же отплатили сограждане такому достойному во всех отношениях человеку?

Альфреда Филипповича травили в городской думе, гласным которой был он. Обвиняли в спаивании народа, участии в «пивном и винном заговоре» против России.
В связи с ростом антигерманских настроений после начала войны, в июле 1914 года, А.Ф. фон Вакано и члены его семьи были занесены в политически неблагонадежные, цензура вела перлюстрацию их переписки. В конце концов, семидесятилетнего старика сочли германским шпионом и выслали вместе с сыном Владимиром под гласный надзор полиции в Бузулук.
В связи с принятием сухого закона на заводе практически прекратили варить пиво и разместили разные посторонние производства, вроде гранатной фабрики и складов боеприпасов, лазарета для раненых.

Приход к власти большевиков повлек за собой арест сыновей, Лотара и Владимира, конфискацию домов, завода, коллекции произведений искусства и полное, на долгие годы, забвение. А. Вакано и часть его семьи эмигрировали в Австрию.

Но на этом злоключения фон Вакано не закончились. После Октябрьской революции его предприятие было национализировано, что на самом деле означало уничтожение завода — к весне 1919 г. от него практически ничего не осталось, оборудование растащили, здания пришли в негодность и стали полностью бесхозными. К этому времени Альфред Филлипович уже понял, что больше ему в России делать нечего и вернулся на родину, в Австрию.

Его сыновья в годы НЭПа пробовали возродить производство и даже сумели наладить выпуск пива, но в 1928 г. у них снова отняли сделанное и акции пивоваренного завода перешли в собственность государства.

Один из сыновей — Владимир — остался в России. В 1918 был арестован. После освобождения выехал с семьей в Среднюю Азию в Коканд, где строил заводы в буржуазных Ашхабаде и Коканде (хоть и не удачно), потом работал в Казахстане.
Последнее место его работы — период с 1933 по 1934 годы заведующий транспортным отделом и заместитель управляющего Акмолинского отделения Гособъединения ДКМ при Казахстанском ЦИКе. После 1934 года о нем неизвестно ничего.

Лотар Вакано, средний сын, в 1920-е гг. был приглашен Российским правительством для восстановления Жигулевского завода, однако в 1928 был вынужден вернуться в Австрию.

В 1934 г. нарком пищевой промышленности Анастас Микоян, посетивший завод, приказал изменить «буржуазные» названия сортов пива. «Венское» стало «Жигулевским», «Мюнхенское» — «Украинским», «Пильзенское» — «Рижским». В 1936 г. был разработан универсальный рецепт светлого пива, которое могли бы выпускать все заводы страны. За основу взяли «Жигулевское», которое таким образом стало самым знаменитым в Советском Союзе, своеобразным «народным» брендом. Но это уже другая история.

Скончался А.Ф. фон Вакано в городе Тюрнице (Австрия) 24 марта 1929 года.

Эти интересные заметки о «Пивном Короле» прочитала в «Исторических записках Самары» сама и хочу познакомить и вас – в День рождения гражданина, делового человека и благотворителя Альфреда Филипповича фон Вакано.

Мемориальная доска на стене Жигулевского пивоваренного завода

Это интересно:

На сайте Проза.ру нашла заметку Татьяны Надеждиной «Вакано фон, Альфред — купец первой гильдии, пивовар». Если я поняла правильно, Автор — житель Баку.

В рецензиях к заметке прочла:

«Татьяна, благодарю Вас за статью о моем прапрадедушке.

С уважением, Анна»

Анна Лукашёва 01.04.2013 06:16

Вот так. Вот и ещё одна история семьи А.Ф. фон Вакано, история Самарского края.

«Самарский Край Альфред Филиппович фон Вакано», samkray.ru/. /istoriya-biznesa-v-samare-alfred-filippovich-fon-vakano/

Этот день в истории края. Фон Вакано и Самара

Журнал Другого — Фон Вакано и «Жигулевское» — drugoi – LiveJournal drugoi.livejournal.com/3041141.html

Сайт ОАО «Жигулевское пиво»

Проза.ру Татьяна Надеждина, 2011 Свидетельство о публикации №211042701127

Фотография: © drugoi Мемориальная доска на стене Жигулевского пивоваренного завода

«ФОН ВАКАНО» Пивное заведение

Описание: «ФОН ВАКАНО» — это небольшое уютное кафе, названное в честь основателя Самарского пивоваренного завода Альфреда фон Вакано, где можно отведать настоящее жигулевское пиво, а также фирменное пиво «Фон Вакано». Показать полностью…

Адрес: Ул. Дмитрия Ульянова, д.5
(Ул. Вавилова, д.46).

Каталог объектов

Завод пивоваренный Фон-Вокано

ЗАО «Уфимский лакокрасочный завод»

В уфимском справочнике 1908 года за австрийским подданным Альфредом Филипповичем фон Вакано числится участок под номером 81 по Вавиловской улице. Неподалёку от его завода, на Аксаковской улице, работал пивоваренный завод «Новая Бавария» Теодора Теодоровича Гербста. Кроме того, пивом уфимцев обеспечивали заводы Вольмута и наследников Видинеева. Вскоре уфимские газеты стали размещать такие объявления: «Рекомендуется пиво товарищества Жигулёвского пивоваренного завода А. Вакано и Ко». Или: «Удостоено золотою медалью на Всероссийской выставке в Н.-Новгороде в 1896 г. Жигулёвское пиво. Заводской склад, собственное здание товарищества в Уфе, Вавиловская улица (Конный базар)». А булочник Отто Вайднер, живший в самом конце улицы Богородской (Революционной), став ещё и бондарём, поставлял на завод бочки для пива.

Альфред фон Вакано, по происхождению австрийский дворянин, сын директора Венгерского королевского межевания Филиппа Вакано, родился в 1846 году. Получив соответствующее дворянину первоначальное образование, Альфред фон Вакано окончил затем Коммерческую академию в Вене. В мае 1876 года он женился на дочери вице-директора Императорского горнозаводства Анне-Марии-Варваре. В ноябре 1897 года семейство Вакано направляет в канцелярию по принятию прошений на Высочайшее имя прошение о принятии Альфреда фон Вакано, его детей – сыновей Владимира, Эриха, Лотара, Льва, Герберта и дочери Ольги «ныне же в русское подданство с сохранением или даже без сохранения принадлежащих членам семьи прав дворянства». За большие заслуги перед Россией просьба была удовлетворена. 23 августа 1899 года в Самарском губернском правлении Альфред фон Вакано был приведён к присяге на подданство России с вручением свидетельства о принятии его в русское подданство.

Завод в Самаре Фон Вакано построил в 1881 году. В первый год завод получил 35 670 ведер пива.

Будучи оснащен передовой технологией, завод заметно выделялся среди предприятий Самары своим архитектурным обликом, чистотой и порядком, «доселе на наших заводах подобного рода не видимыми», – писал тогдашний городской голова П.А. Алабин. Пивные склады завода находились в 59 городах Поволжья, Урала, Средней Азии, Сибири, пиво поставлялось даже в Персию. Продукция товарищества имела 15 медалей международных выставок. Кстати, рациональный ум фон Вакано, расширяя сеть своих предприятий, предусмотрел, что здания заводов в некоторых городах будут одинаковыми, практически неотличимыми друг от друга, как сказали бы сейчас типового проекта. Одно из зданий-близнецов выстроено было и в Уфе, на западной стороне улицы Вавиловской, с видом на тогдашнюю Конскую площадь. Деревянный дом-теремок, вобравший в себя по воле неизвестного архитектора как некоторые старинные австрийские мотивы, так и линии модерна, получился простым и в то время изящным. Кирпичный склад завода, несмотря на достаточно простое предназначение, неплохо декорирован в приёмах кирпичного стиля. Ассортимент завода был достаточно широк, выпускалось пиво «Венское», «Мартовское», «Экспорт», а также широко разрекламированное фирменное – «Жигули».

Но с началом Первой мировой войны был введен «сухой закон» и завод был законсервирован. Сам же Альфред фон Вакано по подозрению в шпионаже в пользу Австро-Венгрии из Самары был отправлен в ссылку в город Бузулук. Сразу после революции 1917 года он с семьей уехал в Австрию. Там, в городе Тюрнице, он и скончался в марте 1929 года.

Сейчас здание бывшего завода фон Вакано занимает лакокрасочное предприятие.